Вопросы психолингвистики




ВОПРОСЫ

ПСИХОЛИНГВИСТИКИ






Ψλ

5 ● 2007






УЧРЕДИТЕЛЬ — Институт языкознания Русской академии, Москва

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ


Тарасов Е.Ф. – главный редактор

^ Балясникова О.В. – ответственный секретарь

Залевская А.А. 

Карасик В.И. 

Марковина И.Ю. 

Мягкова Е.Ю. 

Овчинникова И.Г. 

Сорокин ЮА. 

Стернин Вопросы психолингвистики И.А. 

Уфимцева Н.В. 

Шаховский В.И. 

Шкатова Л.А. 


Научный журнальчик теоретических и прикладных исследовательских работ


Выходит 1 раз в полугодие


Редактор-составитель выпуска – И.А. Стернин


Перепечатка материалов из журнальчика допускается только по согласованию с Вопросы психолингвистики редакцией.

© Институт языкознания РАН, 2007


^ Издание данного номера

финансировано Воронежской психолингвистической ассоциацией

СОДЕРЖАНИЕ


Теоретические препядствия психолингвистики 5

А.А. Залевская (Тверь)

Динамика общенаучных подходов к дилемме познания и некие задачки психолингвистических исследовательских работ 5

И.А. Бубнова (Минск Вопросы психолингвистики)

Значение слова как единица личного сознания (психолингвистический нюанс) 14

Л.В. Величкова (Воронеж)

Психолингвистическая база исследования
чувственности звучащей речи 21

С.В. Лебедева (Курск)

Интегративная модель близости значения слов 28

Т.Ю. Сазонова Вопросы психолингвистики, А.В. Умеренкова (Курск)

Эффект обманутого ожидания: лингво-когнитивное моделирование 31

И.А.Стернин (Воронеж)

Психолингвистика и концептология 34

C.В. Власенко, Ю.А. Сорокин (Москва)

Текст как плотно лакунизированное место 43

^ Экспериментальные исследования 48

Н.А. Алмаев Вопросы психолингвистики, Г.Ю. Малкова (Москва, Институт психологии РАН)

Формальные коэффициенты оценки речевой продукции в интервью: опыт разработки и внедрения 48

Е.И. Горошко (Харьков)

Гендер и блоггика Веба (психолингвистический анализ) 55

Л.В Вопросы психолингвистики. Величкова, О.В. Абакумова (Воронеж)

Анализ восприятия детками чувственно окрашенной звучащей речи: экспериментальное исследование 64

М.Е. Новичихина (Воронеж)

Из опыта экспериментального исследования
коммерческих заглавий 70

Е.В. Харченко, О.В. Соболева (Челябинск)

Способы исследования вида современного Вопросы психолингвистики университета 78

Ж.И. Фридман (Воронеж)

Методика анализа значения слова
в языковом сознании носителей российского языка 82

Е.О. Атланова (Борисоглебск)

Экспериментальное исследование значения слова гламурный в языковом сознании носителей российского языка 86

М.В. Шаманова Вопросы психолингвистики (Борисоглебск)

Экспериментальные исследования и когнитивный анализ 88

И.Г. Овчинникова, А.А. Кибанова (Пермь)

Вариативность этнического сознания:
соотношение элитарной, проф и массовой подкультур
(на материале ассоциативного опыта) 94

В.Е. Гольдин (Саратов)

Личная сфера Вопросы психолингвистики школьника по данным ассоциативного словаря 98

А.П. Сдобнова (Саратов)

Единицы ядра языкового сознания современного школьника 103

^ Трудности и дискуссии 109

К.Ф. Седов (Саратов)

Принципы построения современной российскей психолингвистики 109

О статусе современной психолингвистики 116

Е Вопросы психолингвистики.И. Горошко (Харьков), доктор филологических наук 116

И.Г. Овчинникова (Пермь), доктор филологических наук 117

З.Д. Попова (Воронеж), доктор филологических наук 120

^ Рецензии, обзоры, рефераты 121

А.А. Залевская. Слово. Текст. Избранные труды.
М.: «Гнозис Вопросы психолингвистики», 2005.542с. 121

«Ассоциативные нормы российского и германского языков»
(Воронеж, 2004) 122

Экспериментальные исследования
в Фонетическом центре Воронежского муниципального института 122

Экспериментальные исследования
Центра коммуникативных исследовательских работ Воронежского ГУ 132

Abstracts of main articles 135


^ Теоретические препядствия психолингвистики


А.А. Залевская (Тверь Вопросы психолингвистики)

Динамика общенаучных подходов к дилемме познания и некие задачки психолингвистических исследовательских работ



В книжке [Величковский 2006, т.1: 26] говорится, что когнитивная наука – это междисциплинарные исследования закономерностей приобретения, со­хранения и использования познаний человеком Вопросы психолингвистики. Пси­холингвистика (дальше – ПЛ) акцентирует внимание на специфике функционирования языковых познаний, которые необходимы человеку не сами по для себя, а в каче­стве средства зания и общения; к тому же язык как богатство Вопросы психолингвистики индивидума не может существовать (усваиваться и употребляться) в отрыве от других психологических процессов человека, включенного в определенное физическое и соц окружение. Это значит, что, с одной стороны, языковые зна­ния неразрывно Вопросы психолингвистики связаны с образом мира у пользующегося языком человека, т.е. с другими видами познаний, а с другой – исследование языкового познания просит выхода за границы лингвистики в психологию, социологию, культурологию и Вопросы психолингвистики т.д. В предлагаемой статье внимание акцентируется на неких задачках психолингвистических научных изысканий в свете общих тенденций развития мировой науки.

Вопросы нрава познаний, их содержания, форм репрезентации1, методов хранения, принципов орга­низации, особенностей Вопросы психолингвистики усвоения, использова­ния, преобразования по-разному ставятся и решаются в философии, социологии, психологии, психолингвистике, педагогике, методиках обучения разным предметам, в исследовательских работах в области искусственного ума и т.д. При всем этом исторически Вопросы психолингвистики изменялись представления об источниках познания, аспектах его истинности, способах исследования, трактовка которых связана со сменой общетеоретических парадигм в мировой науке.

В протяжении более 2-ух 1000-летий ученых заинтересовывало в большей степени научное Вопросы психолингвистики познание, так как только такое познание признавалось «правильным». Историческая относительность форм, средств, эталонов и норм научного зания тщательно рассматривается в книжке [Корнилова, Смирнов 2006]; прослеженные создателями тенденции представлены мною в табл. 1. Обратим повышенное Вопросы психолингвистики внимание на последующие поло­жения, зафиксированные в столбце, обозначенном как «Постнеклассическая стадия развития науки».

Направленность на средства зания делает в особенности животрепещущим исследование специфичных особенностей и способностей языка как 1-го из важных Вопросы психолингвистики средств зания и закрепления товаров процесса зания для использования ими в различных целях, в том числе при межнациональных контактах.

Увеличение требований к самому научному результату, который должен отвечать соц заказу, налагает на Вопросы психолингвистики исследователей необыкновенную ответст­венность за то, чтоб научное изыскание давало продукт, имеющий бесспорную практическую ценность. В то же время потребности «рынка» не отменяют базисной роли базовых исследовании, без которых предстоящее развитие науки нереально Вопросы психолингвистики, как и получение новых, отве­чающих соц заказу, товаров научных изысканий.

Возрастание роли субъекта зания просит наибольшего фокусирования на языке как достоянии пользующегося им человека, включен­ного в определенное физическое и соц окружение Вопросы психолингвистики и переживающего процесс зания и его продукты при неизменном содействии чувственного, оптимального и чувственного качеств функционирования индивидума как целост­ности, которую нельзя «препарировать», что, к огорчению, делается при отрыве Вопросы психолингвистики языка от других психологических процессов и при игнорировании неизменного взаимодействия тела и разума.

Признание множественности оснований, средств и путей зания в купе с междисциплинарным дискурсом открывает широкие перспективы для разработки теорий большой Вопросы психолингвистики объяснитель­ной силы за счет интеграции способностей видения исследуемого объекта в различных ракурсах. Речь в этом случае идет не о ординарном «сложении» получаемых при разных подходах результатов, а о подлинной интеграции, ведущей к появлению нового Вопросы психолингвистики осознания сути явления, подобно тому как смысл выражения не является обычный суммой значений входящих в это выражение слов: он расчудесным образом появляется из взаимодействия того, что лежит за словами в эмоционально-оценочно Вопросы психолингвистики помеченном виде мира индивидума как продукте его многогранного опыта.

Таблица 1

Традиционная

наука

Неклассическая

стадия развития науки

Постнеклассическая

стадия развития науки

Исследуется отношение объекта и познания

Исследуется отношение «субъект – объект познания»

Имеет место направленность на средства зания

Поиск «объективного» содержания познаваемого

Поиск Вопросы психолингвистики предпосылок и основания научного познания в формах организации познавательной деятельности, влияющих на содержание и логическую компанию познания

Постепенное перерастание анализа средств зания в их систематическое создание; увеличение требований к самому научному результату Вопросы психолингвистики; возрастание роли общественного заказа и логики рынка

Открытие предельных оснований в объекте как путь к беспристрастной правде (движение по одному, единственно правильному пути)

Признание множественности оснований зания

Признание множественности оснований, средств и путей Вопросы психолингвистики зания

Многопредметность

Междисциплинарный дискурс

Возрастание роли субъекта

Конструктивная роль ценностного дела к человеку и исследованию его бытия в мире

Трактовка разыскиваемой правды как абсолютной и единственной

Признание относительного нрава правды (адекватность задачке и т.д.)

Мультипарадигмальность: одновременное Вопросы психолингвистики движение в различных направлениях, к различным правдам


Мультипарадигмальность, признание много­предметности науки, т.е. сосуществования множе­ства вероятных теорий, является огромным достижением современного шага развития мировой науки. Т.В. Корнилова и С.Д Вопросы психолингвистики. Смирнов подчерки­вают последующее: «обоснование постнеклассической парадигмы как общей ситуации в науке подразумевает, что неважно какая психология, неважно какая психическая школа может стать ведущей для определенной задачки и определенного исследовательского контекста» [Op. cit.: 244. Выделено Вопросы психолингвистики мною – А.З.], что соответствует сетевой модели развития психологии как науки. Создатели дают ссылку на работу М.С. Гусельцевой [2002: 125], рассматривающей две безупречные модели развития науки, одна из которых – «пирамида» – основывается на Вопросы психолингвистики принципе монизма, т.е. подразумевает наличие верхушки в качестве ведущей методологии, а другая – «сеть» – наглядно изображается как сеть. При всем этом уточняется: «Речь идет не о коммуникациях различных методологий меж собой, а Вопросы психолингвистики о выделении из ряда психических школ таковой, средством которой представители различных направлений могут услышать друг друга» [Корнилова; Смирнов 2006: 244 245]. В качестве примера таковой школы приводится культурно-деятельностная психология; думается, что концепция Л.С Вопросы психолингвистики. Выготского играет такую же роль и для психолингвистики (к тому же – не только лишь русской).

А.В. Юревич считает, что сложившуюся в сейчас ситуацию можно охарактеризовывать как «методологический либерализм», при котором научное зание Вопросы психолингвистики в постмодернистской трактовке «предстает не как движение по одному, единственно правильному пути к единой и неразделимой правде, как одновременное движение в различных направлениях, к различным правдам, ни одна из Вопросы психолингвистики которых не лучше и не ужаснее хоть какой другой» [Юревич 2005: 290]. Это значит, что не существует единственно вероятного и единственно правильного источника эмпирического опыта: чем больше таких источников и чем они разнообразнее, тем Вопросы психолингвистики богаче опыт; к тому же «… нет и в принципе не может быть “единственно правильной” психической теории и единственно верного разъяснения психической действительности. Любая из этих теорий и соответственных моделей разъяснения “правильна” в том смысле, что Вопросы психолингвистики правильно разъясняет какую-либо сторону людской психики. Вкупе с тем любая из их неполна, отражая только одну из сторон психологической действительности, и нуждается в дополнении другими теориями. Психика может быть описана и Вопросы психолингвистики как поведение, и как деятельность, и как трансформация образов, и как взаимодействие сознания и безотчетного, и другими методами. Любой из таких методов не лучше и не ужаснее других, ни Вопросы психолингвистики какой-то из них не отменяет другие модели описания, а подразумевает дополнение ими» [Op. cit.: 296 297]. Возможность и равную «легитимность», как и заведомую неполноту описания психологических явлений в рамках какой-нибудь одной системы детерминации А Вопросы психолингвистики.В. Юревич разъясняет многоплановостью и поликаузальностю таких явлений; неизбежность сосуществования различных воззрений он увязывает с необходимостью диалога и конструктивного взаимодействия парадигм «на фоне признания ими друг дружку в качестве равно адекватных моделей Вопросы психолингвистики исследования психики», также с значимостью ориентации «на исследование (и разъяснение) психологических явлений в единстве а) их когнитивной, чувственной и поведенческой сторон, б) феноменологической, социальной и био детерминации» [Op. cit.: 298].

Заметим в Вопросы психолингвистики этой связи, что в нашей стране сформировались определенные центры ПЛ исследовательских работ, которые в ближайшее время стали именовать «школами». Они все базируются на единой общей базе – теории речевой деятельности, но любая из их акцентирует Вопросы психолингвистики внимание на определенной проблематике для ее углубленного рассмотрения и непременно является ведущей для определенной задачки и определенного исследовательского контекста, что позволяет сделать вклад в общую копилку познания. Фуррор разработки ПЛ теории Вопросы психолингвистики на новеньком уровне (т.е. более высочайшей пояснительной силы) находится в зависимости от нашей возможности услышать друг дружку и по достоинству оценить вклад каждой школы с позиций задач нынешнего денька и с учетом Вопросы психолингвистики более широкого контекста мировой науки о человеке.

К числу важных особенностей развития общенаучных представлений, в русле которых формировалось отношение к дилемме познания, относится и то, что на замену единой науке – философии – в Вопросы психолингвистики свое время пришла дисциплинарная специализация (дифференциация) наук, которая в свою очередь привела к пониманию насущной необходимости объединения наук в общих для их целях.

В вступлении к книжке [Когнитивные исследования Вопросы психолингвистики 2006: 6] отмечается, что рвение к реинтеграции дисциплин было так же закономерным, как и рвение к их дифференциации, так как, к примеру, в гуманитарных науках стал создаваться фрагментарный образ человека1; при всем этом особо подчеркивается, что конкретно Вопросы психолингвистики когнитивная наука «сплотила разные дисциплины, предложив современное видение препядствия человека» [Ibid.]. Но думается, что еще до возникновения этой науки мощнейший импульс для реинтеграции наук был дан кибернетикой, заставившей узреть в новеньком свете Вопросы психолингвистики мир и человека в нем (см. подобнее: [Залевская 2005а: 14]). Так, междисциплинарный семинар по психолингвистике в г. Блумингтон (США, 1953 г.) соединил профессионалов в разных областях науки о человеке: лингвистики, психологии, этнографии Вопросы психолингвистики, теории культуры, семиотики, теории обучения языку и др. Это было принципиальным предварительным шагом для «когнитивного поворота», о чем же не следует забывать тем, кто завышает роль мыслях Н. Хомского в становлении Вопросы психолингвистики когнитивной науки. К тому же на современном шаге подлинной интеграции наук о человеке еще не вышло, хотимое только принимается за действительное, ибо для построении теории интегративного типа нужна реализация суровых междисциплинарных программ, способных Вопросы психолингвистики обеспечить выход на новый уровень теории высочайшей пояснительной силы.

В табл. 2 выслеживается общее направление поступательного движения от единой науки через ее дисциплинарную дифференциацию и трехэтапную реинтеграцию к подлинной интеграции.

Обратим внимание Вопросы психолингвистики на то, что в последней строке табл. 2 обозначен переход на новейшую систему координат как условие подлинной интеграции наук о человеке. Это очень принципиальный момент, так как для перехода науки на новый уровень ее развития становится Вопросы психолингвистики нужным отрешиться от неких обычных научных постулатов, уже ставших «научными предрассудками», которые принуждают цепляться за «узаконенные» схемы мышления и видения фактов, их графического представления и т.д. и т.п Вопросы психолингвистики.2 Можно представить, что в недалеком будущем грядет пересмотр само мало неких базисных положений гуманитарных наук в связи с интеграцией наук и учетом результатов многостороннего исследования человека как предмета естественнонаучного зания.

Динамика общенаучных Вопросы психолингвистики подходов помогает осознать развитие представлений об «истинности» познания: от поиска «абсолютной истины» через признание ее относительного нрава (соответствия поставленной задачке) к утверждению способности и правомерности видения объекта в разных ракурсах и контекстах, в различных Вопросы психолингвистики «системах координат» и поболее того – с позиций личных ориентаций ученого-исследователя. Добавим, что поменялось и отношение к тому, что ранее квалифицировалось как лженаука либо ненаука (см., к примеру, [Заблуждающийся разум 1990]). Это Вопросы психолингвистики привело к допущению, что познание представляет собой итог работы сознания в системе деятельности человека, и к выводу, что «не только настоящее научное познание, да и фантазии, заблуждения, верования, убеждения, предрассудки Вопросы психолингвистики и обыденные представления, эмоции и нравственные решения являются формами познания…» [Касавин 1990: 19]. По другому говоря, характеристики того либо другого вида познания должны «… выводиться не из догматических эталонов рациональности, а из параметров познающего субъекта и практических Вопросы психолингвистики контекстов его деятельности и общений. И в базу типологии познания лягут надлежащие типологии познавательных возможностей индивидума и типологии практик» [Op. cit.: 12. Курсив мой – А.З.].

Таблица 2

Основания

для интеграции наук

Динамика

научных подходов

Ведущие

метафоры




^ ЕДИНАЯ Вопросы психолингвистики НАУКА

(философия)







ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ

(специализация) наук




Общая теория связи

Общая теория систем

Теория вероятностей

^ РЕИНТЕГРАЦИЯ – 1

(кибернетический шаг)

«Информационная»

метафора

Вычислительный подход

Формальное моделирование

Менталистская проблематика

^ РЕИНТЕГРАЦИЯ – 2

(когнитивизм)

«Компьютерная»

метафора

Когнитивная нейронаука; сетевая парадигма; теории хаоса, синергетики, динамических самоорганизующихся систем

^ РЕИНТЕГРАЦИЯ – 3

(когнитивная наука)

«Мозговая»

метафора

Развитие мыслях Вопросы психолингвистики толерантности;

внелогическое предпочтение

теорий; переход на другой метаязык

и новейшую систему координат

Подлинная

ИНТЕГРАЦИЯ

наук

(связь природы, индивидума и общества)

Метафора

«живое знание»







Научное познание обычно признавалось единственно правильным и противопоставлялось познанию обыденному как не отвечающему данным аспектам истинности. Но Вопросы психолингвистики равномерно поменялись не только лишь аспекты истинности познания, да и методы установления истинности, а главное – пришло осознание того, что научное познание получает ученый, который при всем стремлении достигнуть «объективной истины» в то же Вопросы психолингвистики время остается человеком, которому характерно заблуждаться, быть пристрастным и т.д. По другому говоря, процесс получения научного познания подчиняется общечеловеческим закономерностям становления и функционирования познания как достояния индивидума1.

А Вопросы психолингвистики.В. Юревич (со ссылкой на книжку У. Уэймера) отмечает, что образ научного зания в всераспространенных в обществе представлениях базируется на легендах, согласно которым: 1) научное познание основано на жестких эмпирических фактах; 2) теории выводятся из фактов Вопросы психолингвистики; 3) наука развивается средством постепенного скопления фактов; 4) так как факты лежат в базе нашего познания, они независимы от теорий и имеют самостоятельное значение; 5) теории (либо догадки) логически выводятся из фактов средством рациональной индукции Вопросы психолингвистики; 6) теории (либо догадки) принимаются либо отвергаются только на базе их возможности выдержать проверку тестом [Юревич 2005: 21–22]. В реальности же дело обстоит по другому.

Так, уже шаг наблюдения отражает не только лишь характеристики Вопросы психолингвистики изучаемого объекта, да и психосенсорные, психические и социальные особенности наблюдающего: «Исследователь глядит на приборы, а лицезреет эмпирические данные, представляющие перевод показаний устройств в другую смысловую систему. Эта система выстроена в мышлении Вопросы психолингвистики наблюдающего и несет на для себя отпечаток его личности» [Op. cit.: 22–23]. При всем этом научный факт немедля врубается в свою интерпретационную структуру исследователя, т.е. «чистых» данных не существует, их значение находится в зависимости от Вопросы психолингвистики метода их видения, от «преднастройки» – определенных «концептуальных рамок» и ожиданий. Личностные особенности исследователя, его рвение к самовыражению еще ярче появляются на шаге обобщения фактов, когда в эталоне ученый должен Вопросы психолингвистики мыслить строго правильно, но базу обобщения фактов составляют внелогические суждения как универсальный метод соединения частей научного познания, не элиминируемый никакими формальными процедурами. Такие суждения основываются на личностном знании, обобщающем уникальный опыт познающего Вопросы психолингвистики субъекта и неотделимом от него самого2.

Произнесенное выше разъясняет, почему в ближайшее время возникает больше работ, в каких проводится аналогия меж научным и обыденным познанием. А именно, установлено, что и в научных исследовательских Вопросы психолингвистики работах, и в текущей жизнедеятельности индивидума имеют место одни и те же виды ошибок, к числу которых относятся неадекватная стратегия проверки гипотез, нарушение правил формальной логики, расхождение наружной и внутренней перцептивных позиций Вопросы психолингвистики, различное восприятие себя («своих») и другого («чужих») и т.д. (см. тщательно: [Юревич 2005: 46–56]). Е.Н. Князева [Князева 2005] приводит выражение Хайнца фон Фёрстера о том, что понятие правды в истории науки подобно хамелеону Вопросы психолингвистики, окрашивающемуся в различные цвета зависимо от позиции использующего его ученого, так как каждый конструирует свою действительность.

Обострение внимания к особенностям обыден­ного познания непременно вызвано конфигурацией общенаучного подхода – переносом фокуса на Вопросы психолингвистики живого (познающего мир, мыслящего, чувствующего, пере­живающего) человека со всеми вытекающими от­сюда следствиями (к примеру, для него слиты слово и называемый словом объект, неразличимы смысл и значение слова и т.д Вопросы психолингвистики.; ср. выражение Н.И. Жинкина [1982] о том, что мы слышим слова, а думаем о реальности). По наблюдениям Н.О. Швец [Швец 2005], в текущее время парал­лельно есть обычный подход к про­блеме Вопросы психолингвистики познания и новый, формирующийся, подход, связанный с общенаучным «поворотом к человеку»; противополагаемые ею соответствующие для этих под­ходов положения приводятся в табл. 3.

Установление факта общности процессов полу­чения и функционирования научного и обыденного познания Вопросы психолингвистики ведет к необходимости перенесения фокуса внимания на психический статус познаний как достояния личного сознания и подсозна­ния.

Делему психического статуса познаний рас­сматривает А.А. Леонтьев [2001], ставящий вопрос: какова функция познаний в Вопросы психолингвистики деятельности взрослого человека и как они связаны с другими компонен­тами таковой деятельности? Ответ на этот вопрос да­ется с опорой на теорию деятельности А.Н. Леонть­ева: «Знания – ориентиры в мире, нужные Вопросы психолингвистики, чтоб уметь ЖИТЬ и ДЕЙСТВОВАТЬ в этом мире» [Леонтьев А.А. 2001: 350]. В качестве фундамен­тальной приблизительной базы хоть какой деятельно­сти выступает образ мира, создаваемый (синтези­руемый) из 2-ух Вопросы психолингвистики источников: из опыта социальной группы, этноса либо всего людского рода, принятого и интериоризованного каждой отдельной личностью, и из деятельности самой личности в внешнем мире, в действительности вещественных и иде­альных предметов [Op. cit.: 334]; образ Вопросы психолингвистики мира лично­сти трактуется (по А.Н. Леонтьеву) как система предметных значений, отображенная в сознании человека.


Таблица 3

Два подхода к трактовке парадокса познания

Обычный

(логико-рационалистический)

Новый

(формирующийся)

Познание увязывается с коллективным опытом

Познание Вопросы психолингвистики увязывается с личным и коллективным опытом

Познание трактуется как владеющее наибольшей степенью объективности и достоверности

Признается, что познание может характеризоваться различной степенью объек­тивности и достоверности

Познание трактуется как характеризующееся статичностью / фиксиро­ванностью и замкнутостью

Познание трактуется Вопросы психолингвистики как ха­рактеризующееся динамичностью и окрытостью

Познание трактуется как итог активной преоб­разующей деятельности, нередко производственной либо научной (когда, говоря «человек», имеют в виду население земли)

Познание отождествляется с продуктами и результа­тами Вопросы психолингвистики психологических процес­сов в процессе развития и взаимодействия со средой (имеется в виду, сначала, индивидум)

Познание определяется как система научных понятий, отражающих закономерности окружающей реальности

Научное познание рассмат­ривается как только одна из Вопросы психолингвистики форм либо составляющих познания вместе с другими его типами и видами

Познание трактуется как имеющее универсальный и всеобщий нрав

Признается зависимость познания от исторических и социокультурных критерий

Не допускается (по опре­делению) наличие неосоз­наваемого Вопросы психолингвистики и невербали­зуемого познания

Признается наличие неосознаваемых и невербализуемых компонент познания


В работе [Леонтьев А.А. 2006] отмечено, что при оперировании понятием «образ мира» нередко имеют место два существенных упрощения. 1-ое из их связано с Вопросы психолингвистики отождествлением вида мира и вида мироздания, 2-ое «… состоит в том, что образ мира (конкретно образ мира, а не образ мироздания) “построен” типо из значений (пусть предметных), а не из личных смыслов» [Op. cit Вопросы психолингвистики.: 71].

Особо останавливаясь на виде мира малыша, А.А. Леонтьев [2001] особо подчеркивает следую­щее: «Образ мира у малыша – это не абстрактное, прохладное познание о нем. Это не познания ДЛЯ МЕНЯ: это МОИ Вопросы психолингвистики познания. Это не МИР ВОКРУГ МЕНЯ: это мир, ЧАСТЬЮ которого являюсь и который так либо по другому ПЕРЕЖИВАЮ И ОСМЫСЛЯЮ Себе. Согласно концепции “вида мира”, разработанной А.Н. Леонтьевым, этот “образ мира Вопросы психолингвистики” построен не из абстрактных значений, а из личных смыслов. Проще говоря, он сразу является и образом мира, и образом нашего дела к миру, нашего переживания мира. Мы пристрастны в нашем виде­нии Вопросы психолингвистики мира, оно всегда окрашено нашим пережива­нием» [Op. cit.: 349].

Все произнесенное А.А. Леонтьевым об особенностях вида мира ре­бенка в равной мере относится и к виду мира взрослого, т.е. составляет принципную особен Вопросы психолингвистики­ность познания как достояния индивидума. Этот вопрос рассматривается в книжке [Залевская 1992], где раз­граничиваются личное познание – ИЗ и два вида коллективного познания: КЗ1 – cовокупное кол­лективное познание / переживание как Вопросы психолингвистики богатство лин­гвокультурной общности и КЗ2, отображающее только «зарегистрированную» в продуктах деятель­ности часть коллективного познания, обычно (и неправомерно!) отождествляемую и с КЗ1, и с ИЗ, т.е. с перцептивно-когнитивно-аффективным образом мира Вопросы психолингвистики у индивидума. Отношения меж 2-мя видами коллективного познания и познанием личным представлены на рис.1, где двуна­правленные стрелки указывают на неизменные связи меж КЗ1, КЗ2 и ИЗ. В нареченной книжке подчерки­вается, что Вопросы психолингвистики ИЗ является достоянием личности, потому в дополнение к тому, что образ мира как единая (вербально-невербальная) информационная база формируется по законам психологической деятельности человека как вида и под контролем социума, имеет место Вопросы психолингвистики неизменное эмоционально-оценочное пережи­вание познания с позиций «для меня – тут – сейчас».

Специфичность личного познания как достояния личности прямо связана с особенностями когнитив­ных (познавательных) стилей носителей этого зна­ния. Индивидуальный Вопросы психолингвистики познавательный стиль является продуктом интеграции стилей познавательного дела к миру, постановки и решения заморочек, переработки и кодировки инфы [Холодная 2004: 319 324].



Рис. 1 – Соотношение меж коллективным и личным познанием (по: [Залевская 1992])


ИЗ в Вопросы психолингвистики трактовке, которая была предложена в [Залевская 1992], вначале понимается как живое познание, в каком только условно (в чисто научных целях) можно пробовать разграничить языковое познание и познание о мире, познание и переживание понят­ности Вопросы психолингвистики и дела к познанию, животрепещуще сознавае­мое и выводное познание и т.д. Специфичность ИЗ как жи­вого познания обычно игнорируется в исследовательских работах, нацеленных на выявление логико-рациональ­ного нюанса познания как Вопросы психолингвистики самодостаточной сути.

Неувязка живого познания рассматривалась рядом создателей. Становятся все более частыми ссылки на книжку С.Л. Франка «Живое знание» (1923), на ряд работ Г.Г. Шпета (см. библиографию в книжке [Зинченко Вопросы психолингвистики 2000: 206]); детализированное обсуждение этой про­блемы имеет место в работах В.П. Зинченко (к примеру, [Зинченко 1998; 2000]), И.Л. Медведевой [1999] и др. В.П. Зинченко особо подчеркивает: «Живое познание отличается от мертвого либо став­шего познания Вопросы психолингвистики тем, что оно не может быть усвоено, оно должно быть выстроено. Выстроено так, как строится живой образ, живое слово, живое движе­ние, живое, а не мертвое, механическое действие» [Зинченко Вопросы психолингвистики 1998: 27. – Курсив мой. – А.З.]. Рассматривая разные особенности живого познания, В.П. Зинченко показывает, что оно всегда пристрастно и включает познание о субъекте познания, т.е. о для себя са­мом; принципно неполно Вопросы психолингвистики, открыто, тяжело до­казуемо; одним из его признаков является целост­ность, «схватываемая» конкретно; бывшее живым познание может «окостеневать», становиться мертвым, и т.д. В «Большом психическом сло­варе» [2004: 177] уточняется, что живое познание представляет собой Вопросы психолингвистики «соцветие различных знаний», их интеграл.

Некие создатели не пользуются термином «живое знание», но на самом деле обрисовывают его в различных ракурсах (см., к примеру, понятие «живого движе­ния» как «функционального органа» у Н Вопросы психолингвистики.А. Бернштейна [1990], также модель вида соз­нания, предложенную Ф.Е. Василюком [1993] и ее обсуждение ниже). М.А. Прохладная [2002] в связи с решением задачки обогащения когнитивного опыта учащихся в целях Вопросы психолингвистики умственного воспитания личности в критериях современного школьного обра­зования практически гласит о методах формирова­ния живого познания: словесно-символическом, визу­альном, предметно-практическом, чувственно-сенсорном; при всем этом указывается: «Понятийные психи­ческие Вопросы психолингвистики структуры – это интегральные когнитивные образования: их психологическим материалом являются три модальности опыта – словесно-речевая, визу­альная и чувственно-сенсорная» [Op. cit.: 226]; «Ут­верждение, что понятийное мышление оперирует “отвлеченными сущностями”, конечно, менее чем метафора» [Op. cit Вопросы психолингвистики.: 122], а «эйдосы» (запечат­ленные, сохраненные во всех деталях образы пред­метов после прекращения их восприятия) – «это интуитивные зрительные схемы, в каких отобра­жены инварианты чувственно-конкретного и пред­метно-смыслового опыта человека Вопросы психолингвистики и которые не всегда могут быть выражены в определениях словесных описаний» [Ibid.].

Различные свойства живого познания как достояния индивидума рассматриваются в книжке [Залевская 2007] в связи с неуввязками значения слова, ментального Вопросы психолингвистики лексикона и т.д. Тут представ­ляется достаточным выразить свою солидарность с трактовкой специфичности вида сознания в работе Ф.Е. Василюка [1993] и перечислить некие дополнения к этому, учет которых нужен для ре­шения задач Вопросы психолингвистики ПЛ исследовательских работ.

При анализе эмпирического материала патопси­холог Ф.Е. Василюк нашел, что, употребляя классические определения, исследователь просто наклеивает на факты «нормативно-оценочные эти­кетки, которые не способны содержательно охарак Вопросы психолингвистики­теризовать внутреннюю сущность явлений, а необходимы только для того, чтоб рассортировать их по заблаговременно заготовленным ячейкам с надписями...» [Op. cit.: 5]. В целях первичной интерпретации эксперименталь­ных фактов с опорой на психологическое Вопросы психолингвистики смысловое поле как место деятельности и сознания Ф.Е. Василюк обратился за языком описания к тео­рии деятельности А.Н. Леонтьева. В работе А.Н. Леонтьева [1977] выделены три «образующие» сознания: личностный смысл, значение Вопросы психолингвистики и чувствен­ная ткань, но выяснилось, что «в неких случаях эти понятия позволяют достаточно точно обрисовать экспериментальные факты, но сплошь и рядом появляется воспоминание, что они подходят к фактам практически впритирку Вопросы психолингвистики, уже вот-вот готовы при­коснуться к ним, но никак не могут ухватить их суть» [Василюк 1993: 6]. Ф.Е. Василюк разъясняет это тем, что А.Н. Леонтьев рассматривает чувствен­ную ткань как некоторое Вопросы психолингвистики воспоминание, как некоторый чувст­венный отпечаток предметного мира, порождаемый в практическом содействии с наружным пред­метным миром и выполняющий функцию придания чувства действительности сознательным образам; это ма­териал, из которого строится перцептивный Вопросы психолингвистики образ, не владеющий спонтанной активностью и внут­ренней осмысленностью, так как осмысленность вида вносится в него значениями, а не чувствен­ностью (т.е. значения бесчувственны, эмоциональность незначима). Такая трактовка чувственной ткани Вопросы психолингвистики яв­ляется недостаточной, так как она фиксирует только часть, только нюанс той действительности, которая в целом заслуживает имени «чувственная ткань». Анализ эмпирических фактов указывает: «… у испытуемого чувственная ткань – не пришедшее снаружи воспоминание, а поднимающаяся Вопросы психолингвистики изнутри чувствен­ность; она не послушливый материал для вида, а бурлящая магма, рождающая формы и идея; ей нет дела до придания действительности картине мира, так как она феноменологическая реальность» [Op. cit.: 7. Курсив Вопросы психолингвистики мой. – А.З.].

Ф.Е. Василюк выдвигает догадку, согласно ко­торой чувственная ткань вида является многомер­ной субстанцией, для измерения которой оказывается нужным видоизменять принятое в теории деятельности представление об виде сознания. Так Вопросы психолингвистики как сознание человека и отдельные образы сознания детерминируются наружным миром, внут­ренним миром человека, культурой и языком, он предлагает модель вида сознания – «психосемиоти­ческий тетраэдр». В этой модели окружающий мир Вопросы психолингвистики представлен предметным содержанием (П), внутренний мир – личным смыслом (Л), культура – значением (З), а язык – словом (С). Любой из нареченных «узлов» вида трактуется создателем как «по­граничная суть, одной стороной обращенная к Вопросы психолингвистики беспристрастно имеющейся действительности (окружающего мира, внутреннего мира, языка, культуры), а другой – к конкретной субъективности; все таки вкупе эти узлы задают объем, в каком пульсирует и перелива­ется живой образ». Этот объем заполнен «живой, те Вопросы психолингвистики­кучей, дышащей плазмой чувственной ткани. Чувст­венная ткань живет, движется в четырехмерном пространстве вида, задаваемым силовыми полями его узлов, и, будучи единой, она поблизости каждого из полю­сов вроде бы Вопросы психолингвистики уплотняется, концентрируется, приобретает соответствующие для данного измерения черты» [Op. cit.: 8]. Создатель подчеркивает, что прилежащие к углам тетраэдра внутренние зоны состоят из чувственных тканей предметного содержания, значения, слова и личного смысла, а объем в центре Вопросы психолингвистики модели за­полнен живой, чувствующей, пульсирующей мате­рией, вроде бы уплотняющейся поблизости полюсов вида и в целом являющейся «представителем тела», в то время как сами полюса «выступают представите­лями предметного мира, мира Вопросы психолингвистики культуры, мира языка и внутреннего мира» [Op. cit.: 16]. Обра­тим повышенное внимание на указание Ф.Е. Василюка на то, что «Любой образ, даже образ, связанный с са­мой абст­рактной мыслью, всегда Вопросы психолингвистики воплощен в чувст­венном ма­териале, его всегда “исполняет” целый ансамбль осознаваемых и неосознаваемых телесных движе­ний и чувствований» [Op. cit.: 16].

Ф.Е. Василюк отмечает, что в его модели образ сознания Вопросы психолингвистики имеет не три образующих (значение – личностный смысл – чувственная ткань), а 5 изме­рений: четыре из их (значение, предмет, личностный смысл, символ) «являются собственного рода магнит­ными полюсами вида. В каждый момент силовые полосы внутренней динамики Вопросы психолингвистики вида могут направ­ляться по преимуществу к одному из этих полюсов, и возникающим при всем этом преобладанием 1-го из динамических измерений создается особенный тип образа» [Op. cit.: 18]. В качестве Вопросы психолингвистики пятой образующей сознания Ф.Е. Василюк рассматривает чувственную ткань, но не как стоящую в ряду «значение – лично­стный смысл – чувственная ткань», как необыкновенную внутреннюю «составляющую» вида как представи­тельницу тела, представителя мира тела Вопросы психолингвистики человека в виде сознания. Ф.Е. Василюк подчеркивает: «Образ стает пред нами не как наружняя по отно­шению ко всем этим мирам суть, снаружи со сто­роны детерминируемая ими, как часть каждого Вопросы психолингвистики из их, как их интеграл, как их интерференции, “голо­грамма”, в которую вливаются волны и энергии всех этих миров, не сливаясь в бесформенную массу, да и не оставаясь отдельными, а входя в Вопросы психолингвистики такое единство как отдельные голоса в многоголосье» [Op. cit.: 18].

Следует особо выделить, что модель Ф.Е. Василюка отлично согласуется с концепцией живого познания и с трактовкой последнего в работах В.П. Зинченко, по Вопросы психолингвистики воззрению которого в живом знании слиты значение и смысл при содействии чувст­венной и биодинамической ткани сознания, познания и переживаемого дела к нему (см. [Зинченко 1997; 1998], см. также обсуждение этой трудности в работах [Карасева Вопросы психолингвистики 2006; Медведева 1999а; Соколова 2003]).

Произнесенное выше разъясняет, почему психолингви­стическое исследование не может ограничиваться констатацией наличия в материалах тех либо других экспе­риментов прямых соответствий определенным лингвистическим постулатам: если мы трактуем язык как Вопросы психолингвистики богатство индивидума – субъекта деятельности зания и общения, то нужен поиск сигналов о том, что стоит за вербальной манифестацией глубинных про­цессов облечения мысли в слово1. Пора признать, что в вместе с Вопросы психолингвистики признанными различиями меж пись­менной и устной речью есть также различия меж системой прескриптивных правил, выведенных из анализа языковой системы2, и спонтанными процес­сами функционирования языка у индивидума как представителя вида со всеми Вопросы психолингвистики вытекающими отсюда следст­виями, в том числе – с неизменным эмоционально-оценочным переживанием мыслимого и вербализуе­мого и акцентированием внимания на смысле по принципу «два пишем – двести в уме», так как Вопросы психолингвистики выводимое на табло сознания «подпирается» широчай­шим кругом выводных познаний, которые учитываются за пределами осознаваемого3. Это вдохновляет ставить вопрос о необходимости теоретического переосмыс­ления ряда обычных постулатов, в том числе разграничения не только лишь Вопросы психолингвистики референции в языке и референ­ции в речи, да и референции в языковом сознании и подсознании (полностью разумеется, что для индивидума лю­бой объект, действие, качество, состояние есть как включенные в определенный Вопросы психолингвистики внутренний контекст ситуации, которая к тому же не может не быть спецефическим образом «помеченной» в эмоционально-оценочном отношении и в свою очередь включенной в еще больше широкий контекст вида Вопросы психолингвистики мира и – в конечном счете – культуры).

Анализ материалов тестов, проведенных со значимым количеством испытуемых, позволяет при анализе приобретенных от «коллективного инфор­манта» материалов строить догадки о тех либо других стратегиях и опорах, обеспечивающих Вопросы психолингвистики выход на образ мира, и о более «рельефных» для определенных категорий носителей языка и культуры эмоционально-оценочных переживаниях. Последнее в особенности животрепещуще в критериях роста межэтнической чувственной напряженности и может быть очень Вопросы психолингвистики полезным для решения острых соц заморочек.

Завершая на этом обсуждение поставленной трудности, желаю выделить, что перед ПЛ стоят задачки разработки базовой теории функционирова­ния языка как «живого знания» и поиска новых Вопросы психолингвистики экспе­риментальных процедур, способных отлично обнаруживать применяемые носителями языка и культуры универсальные стратегии и опоры, как и их идиоэтнические предпочтения4.


ЛИТЕРАТУРА


  1. Бернштейн Н.А. Физиология движений и активность. – М.: Наука, 1990.

  2. Большой психический словарь/Сост Вопросы психолингвистики. и общ. ред. Б. Мещеряков, В. Зинченко. – СПб.: ПРАЙМ-ЕВРОЗНАК, 2004.

  3. Василюк Ф.Е. Структура вида // Вопросы психологии. – 1993. – № 5.

  4. Величковский Б.М. Когнитивная наука: Базы психологии зания. В 2 т.– М.: Смысл: Издательский центр «Академия», 2006. – Т.1., Т Вопросы психолингвистики.2.

  5. Гусельцева М.С. Культурно-историческая психология и «вызовы» постмодернизма// Вопросы психологии. – 2002. – № 3.

  6. Жинкин Н.И. Речь как проводник инфы. – М.: Наука, 1982.

  7. Заблуждающийся разум?: Обилие вненаучного познания/ Отв. ред. и сост. И.Т Вопросы психолингвистики. Касавин. – М.: Политиздат, 1990.

  8. Залевская А.А. Личное познание: специфичность и принципы функционирования: Монография. – Тверь: Твер. гос. ун-т, 1992.

  9. Залевская А.А. Психолингвистические исследования. Слово. Текст: Избранные труды. – М.: Гнозис, 2005.

  10. Залевская Вопросы психолингвистики А.А. Введение в психолингвистику: Учебник. – Изд. 2-е, дополн. – М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 2007.

  11. Зинченко В.П. Посох Осипа Мандельштама и Трубка Мамардашвили. К началам органической психологии. – М.: Новенькая школа, 1997.

  12. Зинченко В.П. Психическая Вопросы психолингвистики педагогика. Материалы к курсу лекций. Ч. 1. Живое познание (2-е изд., перераб. и доп.). – Самара: «Самарский Дом печати», 1998.

  13. Зинченко В.П. Идея и Слово Густава Шпета (возвращение из изгнания). – М.: Изд-во УРАО Вопросы психолингвистики, 2000.

  14. Карасева Е.В. Предметно-чувственный компонент значения слова в свете современных подходов к дилемме «тело – разум» // Вестник Тверского муниципального института. – 2006. – № 3(20). – Серия «Филология». – Вып. 6 «Лингвистика и межкультурная коммуникация».

  15. Касавин И Вопросы психолингвистики.Т. Постигая обилие разума (Заместо введения) // Заблуждающийся разум?: Обилие вненаучного познания /Отв. ред. и сост. И.Т. Касавин. – М.: Политиздат, 1990.

  16. Князева Е.Н. Творческий путь Франсиско Варелы: от теории автопоэзиса до новейшей концепции Вопросы психолингвистики в когнитивной науке // Вопросы философии. – 2005. – № 8.

  17. Когнитивные исследования: Сб. науч. тр.: Вып. 1/ Под ред. В.Д. Соловьева. – М.: Изд-во «Ин-т психологии РАН», 2006.

  18. Корнилова Т.В., Смирнов С.Д. Методологические базы Вопросы психолингвистики психологии – СПб.: Питер, 2006.

  19. Кун Т. Структура научных революций. – М.: Прогресс, 1977.

  20. Леонтьев А.А. Язык и речевая деятельность в общей и педагогической психологии: Избранные психические труды. – М.: Моск. психолого-социальн. ин-т; Воронеж: НПО «МОДЭК», 2001.

  21. Леонтьев Вопросы психолингвистики А.А. Объект психологии и объект в психологии // Психическая теория деятельности: вчера, сейчас, завтра. – М.: Смысл, 2006.

  22. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. – Изд. 2-е. – М. Изд-во политич. литературы, 1977.

  23. Медведева И Вопросы психолингвистики.Л. Психолингвистические нюансы функционирования иноязычного слова: Монография. – Тверь: Твер. гос. ун-т, 1999.

  24. Соколова Е.Е. Тринадцать диалогов о психологии. – 4-е перераб. изд. – М.: Смысл, 2003.

  25. Прохладная М.А. Психология ума. Парадоксы Вопросы психолингвистики исследования. – 2-е изд. – СПб.: Питер, 2002.

  26. Прохладная М.А. Когнитивные стили. О природе личного разума. – 2-е изд. – СПб.: Питер, 2004.

  27. Швец Н.О. Роль языка в структурировании познания: Дис. … канд. филол. наук. – Тверь, 2005.

  28. Юревич Вопросы психолингвистики А.В. Психология и методология. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2005.

  29. Cowan N. The magical number 4 in short-term memory: A reconsideration of mental storage capacity // Behavioral and Brain Sciences. – 2000a. – Vol.24. – Pp.87–114.

  30. Cowan Вопросы психолингвистики N. Metatheory of storage capacity limits // Behavioral and Brain Sciences. – 2000b. – Vol. 24.

  31. Li P. (Ed.). The handbook of East Asian Psycholinguistics. – Vol. 1. Chinese. – Cambridge; New York; Melbourne etc.: Cambridge University Press. 2006.

  32. Nakayama M Вопросы психолингвистики., Mazuka R. & Shirai Y. (Eds.). Handbook of East Asian Psycholinguistics. – Volume 2. Japanese. – Cambridge; New York; Melbourne etc.: Cambridge University Press, 2006.


voprosi-zaochnoj-viktorini-po-biologii-dlya-7-klassa.html
voprositelnie-mestoimeniya.html
voprosnik-dlya-korennih-narodov-dostizhenie-celej-deklaracii-organizacii-obedinennih-nacij-o-pravah-korennih-narodov.html